Интервью с выпускниками


Интервью с Л. Коробешко (выпускница факультета английского языка и психологии 1996 года)

Интервью с В. Воронковой (выпускница филологического факультета 2004 года)

Интервью с М.А. Солоновичем (выпускник факультета испанского и английского языков)

Интервью с Ю. Попандопуло (Лысенко) (выпускница факультета французского и английского языков 2001 года)

Интервью с О. Питеровой (выпускница факультета психологии 2008 года)

Интервью с Д. Быковым (выпускник факультета французского языка 1998 года)

Интервью с М.Ю. Жаровым (выпускник англо-психологического факультета ПГЛУ 1990 г.)

Интервью с Д. Якубовым (выпускник ПГПИИЯ 1991 года)

Интервью с Р.В. Трандафиловым (выпускник факультета английского языка и психологии 1995 года)

Интервью с Т.В. Пьяных (выпускница факультета английского и немецкого языков 1998 года)

Интервью с А.Б. Михалевым (выпускник факультета французского языка 1980 года)





Интервью с Л. Коробешко


Бесконечный путь на семь вершин мира.
23/04/2009 16:56


Евгений Штиль. Интервью с Людмилой Коробешко - первой в истории российского спорта альпинисткой, которая завершила программу «Семь Вершин»: взошла на все высочайшие горы всех континентов Земли.


Корр.: Люда, поздравляю тебя от всей души! Пройти такой путь - это твоя большая победа!

Людмила Коробешко: Спасибо за поздравления! Но я же не одна это сделала – главная заслуга, что мне удалось выполнить программу «Семь Вершин» принадлежит моему мужу – Саше Абрамову. Он во всём мне помогал и помогает, он создатель «Клуба «7 вершин» у нас в России и помог мне освоить профессию горного гида, работать с людьми, отвечать за них.

Огромное спасибо моим родителям! Моим друзьям, коллегам! Спасибо тренерам и наставникам: я всегда стараюсь учиться у опытных мастеров. Когда выполняешь программу «Семь Вершин», то вольно-невольно и твои родные, твоя семья, все вовлекаются в этот процесс, так или иначе участвуют – всегда переживают, помогают, даже если поддерживают только морально, то и это крайне необходимо альпинисту, чтобы чувствовать себя уверенным на маршруте.

Корр.: Люда, есть такая древняя, забытая ныне, горная пословица: Все, кто родился в тени Эльбруса, должны стремиться наверх! То есть, если перефразировать на современный лад – Должны стать альпинистами! В этом плане тебе просто повезло, что ты родом из знаменитого города Пятигорска.

Людмила Коробешко: Да, в этом смысле повезло. Почти каждый день видишь из окна Эльбрус, любуешься им. А во всём «виновата» моя мама, она мне с детства рассказывала как сама ходила в горы, какие они ещё больше красивые вблизи. Как я потом поняла, моя мама однажды попала по профсоюзной путёвке в альплагерь, проходила там начальную подготовку на значок «Альпинист СССР» и познакомилась с простыми маршрутами. Но впечатлений за эти три недели у неё появилось столько, что хватило на всю жизнь и на нас – детей, и после её рассказов я сама увлеклась этой мечтой, можно сказать, «заболела» горами, походами – и вот уже столько лет, всё «болею».

Мне повезло, что и в школе у нас появилась секция туризма и спортивного ориентирования. Я училась в школе номер один Пятигорска, сейчас её переименовали, правда. И вот в шестом классе к нам в школу пришёл тренер, начались занятия, тренировки, походы по выходным дням. Благо природа нашего региона - Кавказских Минеральных вод - располагает к таким походам как нельзя лучше: вокруг много знаменитых гор-лакколитов – Машук, Железная, Бештау, Змеиная, Верблюд, Бык, и все другие, сколько их! - хоть они и невысокие, самая большая Бештау, главная её вершина чуть выше 1400 метров, но горы эти красивые и очень интересно на них ходить. Постепенный набор опыта, словно хорошая акклиматизация – и здесь не всё так просто.

Корр.: А почему твоя мама не стала более глубоко заниматься альпинизмом после того, первого, альплагеря, раз ей так понравилось?

Людмила Коробешко:  А кстати, многие люди в юности начинают ходить в горы, увлекаются походами, а потом поступают в институт, заводят семьи, жизнь меняется – не так-то просто остаться верным первым юношеским мечтам, первым походам. Но, честно говоря, я не знаю – почему моя мама дальше не пошла в альпинизм, она очень много вместе с нами ходила в походы, с нами - это со мной и с братом, и всегда с таким жаром рассказывала о горах.

Так что у меня, как видите, была хорошая предрасположенность, чтобы и дальше продвигаться в альпинизме. Но в те годы, конечно же, я больше относилась к этому делу романтически и меня больше привлекала не высота гор, не сложность маршрутов, а общение с единомышленниками, сама атмосфера походов. Да, кстати, и до сих пор это для меня очень важно – какая компания, какие люди вокруг, костёр, гитара, общение. Теперь, когда я стала горным гидом «Клуба 7 вершин» и сама вожу группы, то уделяю отношениям между людьми в команде самое главное внимание. Это всё от тех юношеских походов сохранилось.

Корр.: Наверное у всех альпинистов окончательный выбор судьбы происходит во взрослом возрасте. У тебя – не исключение.

Людмила Коробешко: Когда я поступила в институт – а это был пятигорский Институт Иностранных языков, сейчас это Лингвистический университет, то сразу же записалась в альпинистскую туристическую секцию. Было тяжёлое время, начала 90-х годов, когда все «ударились» в коммерцию, все вокруг что-то продавали. И вот на моё счастье в институте, в нашей секции, руководителем был такой замечательный человек, настоящий энтузиаст, альтруист Александр Гребенюк. Передаю ему горячий привет! Желаю счастья, здоровья, чтобы его душевные силы не иссякали! Он действительно для спортивной альпинистской секции, для тех, кто занимался в ней, был спасителем: вокруг появились десятки нездоровых соблазнов, я не хочу сказать, что люди пошли в наркотики или ещё во что-то нехорошее, но смысл понятен – подавляющее большинство людей занялись мелким бизнесом, государственное финансирование спорта исчезло. Так и для нашего руководителя, для Александра Гребенюка, секция не была источником дохода, он где-то зарабатывал для семьи, ему было трудно, мы видели это хорошо, но он знал главное – что есть на свете горы, такое чудо света, ради которого стоит многим пожертвовать, - и эту мысль он стремился донести до нас, студентов, кто занимался в секции. Регулярно устраивались походы, и хотя они не были высокой сложности, но главное – мы занимались своим любимым делом, не бросали его, когда вокруг жизнь стала такой, что иногда надо было просто найти деньги на хлеб.

Через несколько лет сменилось руководство нашей институтской секции и появились уже люди, которые чётко знали, что есть куда стремиться в спорте, что существуют «троечки», «четвёрочки» и «пятёрочки», что нужно сделать разряды. Тогда начали усложняться наши маршруты, так мы ступили на спортивную стезю.

Корр.: А Эльбрус-то, Эльбрус? Почему вы на него-то не ходили? Ведь он же у вас там каждый день перед глазами. Куда ещё было стремиться, если не на него?

Людмила Коробешко:  Первые годы занятия в секции мы даже и не помышляли об Эльбрусе, он считался чем-то недоступным, недосягаемым – страшно подумать! – высшая точка Европы, России… Мы постепенно набирались опыта в Приэльбрусье, ходили урочищами Сакашиль, Лычаты, но конечно, я не забывала, что где-то есть и самые высокие горы на планете и в жизни.

Наверное, надо было пройти всю эту неторопливую последовательную цепочку – всё выше и выше, всё труднее и труднее, прежде чем идти на Эльбрус. Шёл 1996 год, я закончила институт, позади пятый курс, и вот моя мечта сбылась – на лето мы запланировали серьёзное «правильное», восхождение. И тем более мне приятно, что мы взошли на Восточный Эльбрус не просто по классике, не с юга, а с запада, с ущелья Хурзук, что за Кисловодском, начинали там, потом пять дней с акклиматизацией, по очень красивым местам, через перевалы, подходили к хижине Алейникова, а там и на вершину. Причём получился такой женский поход, «костяк» группы был девичий – в одной из групп троих девушек вёл сам тренер. Шли долго – в сумме 14 часов. Запомнился сильный ветер и сама вершина... А ещё запомнилась подготовка: тогда я усердно бегала 10-километровки вокруг Машука, была чётко уверена, что «иначе Эльбрус не пустит!» Бежала и в голове всё крутилась мысль: «Я буду там! Буду!», мне почему-то казалось, что надо быть каким-то «сверхгигантом», чтобы туда взойти. И после этого, больше никогда таких упорных физических тренировок у меня не бывало, сейчас я привыкла уже к долгосрочному ритму жизни альпинистов. Зато вспоминается, как легко взошли мы тогда на высоту, с большим запасом шли! Может быть, поначалу ещё был во мне какой-то психологический барьер, потому что следующие мои горы, даже более высокие, чем Эльбрус, казались полегче, хотя физически так сильно я к ним не готовилась.

А тогда, после первого нашего успеха на пяти с половиной тысячах метров, вспомнились все предыдущие групповые попытки, которые были в нашей секции, «взбежать» на эту гору. И почему-то не получалось, и было совсем непонятно: «отчего это Эльбрус не пускает?», почему так плохо становится уже к середине пути? Мы выезжали всего на три-четыре дня и уже на третий день так «резво» хотели взойти. (Сейчас Люда Коробешко едва сдерживает улыбку и называет те лихие авантюры «смешными», но тогда было не до смеха – хорошо ещё, что всё счастливо кончилось!).

Чёткого понятия акклиматизации тогда у нас ещё не было, додуматься до него просто так, как говорится, ни с того ни с сего, не получится – в истории альпинизма и раньше рвались люди на высоты, сколько десятков лет бились, бились – гибли даже. А вот созрело, с помощью учёных, конечно, в обществе восходителей понимание кислородной недостаточности, и поэтапного привыкания к нему организма – тогда только и пошли люди и на Эльбрус, и на другие гиганты, а там и на горные монстры - восьмитысячники.

Корр.: Считаем 1996 год годом начала твоей карьеры в программе «Семь вершин», хотя между первой горой – Эльбрусом и второй – Килиманджаро, у тебя получился большой перерыв. А вообще ты знала тогда об этой альпинистской программе?

Людмила Коробешко:  Да, перерыв получился большой – на второй вершине из списка «Семи», на Килиманджаро, в первый раз я побывала в 2003 году. Хотя до неё у меня были очень интересные экспедиции, это был в основном Кавказ, и например, на Ушбу мы ходили по очень серьёзному маршруту. Были и свои трагедии: у нас в секции семь человек погибли под обвалом (кстати, на mountain.ru есть моя статья о том страшном случае).

Если честно, то о программе «Семь вершин» я узнала от своего мужа, от Саши Абрамова, когда познакомилась с ним. И вообще, выполнение этой программы, моё достижение произошло благодаря ему, на все сто процентов. В России это его проект, он один им серьёзно занимается. В те годы он и сам стремился закрыть список «Семи вершин» и всячески помогал мне это сделать. И ещё, он очень хотел мне показать весь мир, - и в самом деле, с альпинистской точки зрения все восхождения на главные вершины планеты не очень сложные, но вокруг них закручивается целый калейдоскоп интересных событий: ты знакомишься со многими людьми, ты видишь много стран, иные культуры, другая природа. Это своеобразная кругосветка, большое путешествие! Иногда именно из-за кругосветки, чтобы увидеть весь мир, люди приходят в программу «Семь вершин», в наш российский «Клуб 7 вершин», а параллельно восходят на горы. Как известно, среди альпинистов плохих людей не бывает! – и постоянно ты находишься в хорошей компании, среди единомышленников, вокруг рассказывают - «кто где был, как на ту или иную гору ходил!» А часто бывает и так, что человек всю жизнь стремился попасть на горную вершину, но всё время ему что-то мешало: то институт, то семья, то дети, то бизнес, и вот наконец-то человек от чего-то частично освобождается, например, дети уже выросли, деньги он заработал, и тогда он идёт с нашим клубом по программе «Семь вершин». А бывает, это уже как гид я рассказываю, что человек накапливает деньги втайне от своей семьи, чтобы только сходить на гору, и ничего своим родным не говорит, потому что знает, что его на гору не отпустят; так тайком он и участвует в восхождении, и только потом рассказывает своим близким, что он был не на даче, а в Африке, на Килиманджаро, например!

Корр.: А почему же так получилось, что ты ничего не знала о программе «Семь вершин» в 1996 году, после своего первого Эльбруса, ведь тогда знаменитый Фёдор Конюхов уже заканчивал эту программу и об этом писали.

Людмила Коробешко: Не знаю почему, но тогда, в конце 90-х годов, совершенно не отложилась информация, что существует во всём мире такая альпинистская программа «Семь вершин». Статей о Фёдоре Конюхове мне не попадалось, в нашей институтской секции, в Пятигорске, мы проводили политинформации, знали и читали о советском «Эвересте-82», о программе «Снежный барс», знали и уважали многих «снежных барсов», сами мечтали о семитысячниках бывшего Советского Союза. Интернета тогда не было, только газеты, журналы, но вскоре же, в 90-е годы, и их не стало. Так что о проекте «Семь вершин» я узнала от Саши Абрамова. Кстати, эта моя история, скорее всего, говорит о том, что очень мало альпинистской информации, даже о высоких достижениях, становится достоянием широкой общественности, попадает в общедоступные каналы. Эта информация вращается внутри своего же сообщества людей, которые, кстати, и без общедоступных каналов сами распространяют интересную им информацию.

Корр.: Твой поход по всем «семи вершинам» получился «по нарастающей», с постепенным усложнением. Это специально?

Людмила Коробешко: Нет, случайно, как-то само собой получилось, я не стремилась именно выдержать постепенность усложнения гор. Но своеобразное усложнение вышло в том, что уже на вторую гору из заветных «семи» я пошла в качестве гида – сразу, резко, и за границу впервые и ответственность за людей тут же взяла. И ещё такой «резкий» скачок был в том, что моему ребёнку тогда был годик, а надо было ехать, решили ехать. И тут спасибо Саше Абрамову, что он однозначно решил – ни в коем случае не зацикливаться на проблемах семьи, как это почему-то считается обязательным у некоторых людей. Саша во всём помогал, его мама помогала, царство ей небесное! – мои родственники помогали, всё делали вместе. Так мне удалось и спорт не бросить, и карьеру делать, и мир посмотреть.

Корр.: Впечатления от Африки у всех всегда особые!

Людмила Коробешко: Так и есть, и у меня тоже самое! Поездка на Килиманджаро, на «чёрный континент» просто поразила: природа совсем другая, животные, гора – чудо. Но самое главное для меня – оказалось, что люди там, в Африке, очень дружелюбные, нас так хорошо встретили! И сходили мы тогда классно! Хотя состав команды был очень разный, и для меня – начинающего гида, неожиданный: были две молоденькие девчонки 16 и 18 лет, - хорошо, что они приехали со своим отцом – это Юра Лукьянов, опытнейший альпинист, он столько в нашей команде потом ещё сходил. А ещё был в той поездке парень, который вообще в горах никогда до этого не был, но мечтал именно о Килиманджаро. Наверное, прочёл Хэмингуэя и появилась мечта! Так вот, он копил-копил деньги, скрывал от жены, друзья его тоже не поддержали, а он – вот же надо? – рвался наверх. А он до этого на такой высоте никогда не был, и ему стало совсем худо, когда до вершины оставались считанные двести метров, он хотел было сдаться и спускаться без вершины. Тогда я, зная об этой его давней мечте, сказала: «Юра! Надо! Терпи! Давай потихоньку!» И он всё-таки выдержал и добился своего, исполнил мечту своей жизни. И я, как гид, была не меньше его счастлива! Вот такие моменты для меня тоже очень важны, когда люди – не альпинисты, исполняют свои мечты и становятся на вершинах, и приобщаются к нашему миру – это двойная победа!

Кстати, с того первого раза на Килиманджаро я поняла, что даже самый просто маршрут на неё - это не прогулка, что эта гора требует терпения, а у нас ещё и погода испортилась. До этого я шесть раз была на Эльбрусе и думала – справлюсь без проблем! – нет, оказалось всё серьёзно.

Корр.: Идём по нарастающей!

Людмила Коробешко: Да, следующей у меня была Аконкагуа – 2004 год. Почти семитысячник, высота, высшая точка всех Америк, южного полушария, но зато лето, солнце, тепло. В тот год мы поехали вместе с Сашей Абрамовым. Команда была удивительная: вместе с восходителями на Эверест были и новички после Эльбруса и Килиманджаро. Собрали 20 человек – это много! Работали серьёзно и в итоге из двадцати восемнадцать человек взошли. Такой успех! У других экспедиций половина не поднялась, а у нас девяносто процентов. Но повторюсь – это не случайность была, поработали мы капитально тогда.

После таких успехов, кстати, надо быть очень внимательным к оценке самой горы: у меня почему-то тогда возникла мысль, что Аконкагуа – гора лёгкая, хотя Саша Абрамов мне повторяет – «Это серьёзная вершина! Очень! Не спеши с оценками!» И только сейчас, с высоты своего опыта, после нескольких походов на неё, я полностью поменяла своё то первое, восторженное, мнение: Аконкагуа действительно не шутка! И 2009 год ещё раз это доказал, в январе погибли четверо человек, погиб гид – группа заблудилась. Серьёзные спасработы были, недооценивать гору нельзя.

Хотя мы в команде нашего Клуба «7 вершин» стараемся держать марку и у нас процент восхождений на Аконкагуа очень высокий.

Корр.: Зато уж на австралийском Косцюшко такого не может быть!

Людмила Коробешко: На ней я побывала в том же, 2004 году, в октябре. Конечно, для альпинистов это шутка – по законам географии в список «Семи вершин» она попала правильно, но техники там нет никакой, и многие совершенно верно выбирают Пирамиду Карстенс на острове Новая Гвинея. А в Австралию наша команда поехала с несколькими целями, и главной задачей был пик Кука в Новой Зеландии. Поэтому с нами приехали Евгений Виноградский, Борис Седусов, Сергей Кофанов – тогда, кстати, мы все и познакомились. И вот на Кука не получилось, было начало сезона, погоды так и не дождались, а там только авиацией забрасывают. Зато из-за этого все были на Косцюшке, с превеликим удовольствием, кто-то даже пятками вперёд хотел идти наверх. А когда спустились – началось: кенгуру шоколадки едят, красотища, коалы сидят на ветках.

Корр.: А какая гора из этих «Семи» твоя самая любимая?

Людмила Коробешко:  Это – Мак-Кинли, Аляска, или пик Денали ещё её называют. Но на неё я взошла только со второго раза. И в том же 2004 году пыталась в первый раз. Шла гидом, готовилась тщательно, собирала группу, Саша был в это время на Эвересте. А гора эта сложная, экспедиционная, самим надо много грузов, по 30 кг, нести. И различие от других гор в списке «Семи вершин», что тут нет местных носильщиков, портеров, помощников. Что надо идти на лыжах или снегоступах. Что надо верёвками уметь пользоваться. Постоянно в снегу. Туда нужен предварительный альпинистский опыт. Много отличий у Мак-Кинли от других гор «семёрки», ну, про Эверест пока не говорю.

И вот тут-то произошёл со мной непонятный сбой, что-то в организме, так я и не поняла из-за чего, почему. Или я переволновалась, или перетрудилась, или слишком быстрый темп подъёма мы взяли. Не знаю. Короче, я потеряла сознание за день до штурмового выхода, была без сознания несколько часов и меня спускали местные рейнджеры, которые случайно оказались в этом лагере на 5200. Потом я лежала пару дней под кислородом.

Корр.: Больше такого не повторялось?

Людмила Коробешко: Нет, больше не повторялось, и мне непонятно – почему так произошло, ведь до этого я бывала и на больших высотах, организм знал что это такое.

Корр.: Не появилось ли сомнений, страха?

Людмила Коробешко: Нет, ни на мгновение сомнений не было, страха не было. Альпинизм – это моё! Зато именно к Мак-Кинли родилась крепкая любовь и уважение. И природа арктическая мне больше нравится, пейзажи именно «мои», всё-всё здесь мне очень близко, здесь я чувствую себя как дома. После того случая вторую попытку пришлось мне перенести на другой год – как получится. Но наша команда тогда всё отлично сделала, даже больше – в команде было два состава и мощный состав легендарных мастеров альпинизма, в котором были Евгений Виноградский, Валерий Першин и Алексей Болотов, они сделали маршрут Западное Ребро (Western Rib). Притом так быстро его прошли, что местные рейнджеры не верили, что такое может быть, и тем более при плохой погоде. А сами герои были неудовлетворёнными: «Разминка, и не более!» Действительно, они в своей карьере такие маршруты видели, что там Западное Ребро Мак-Кинли!?

На 2005 год у меня лично оставались Мак-Кинли, Эверест и Винсон – самое сложное! Но в том году я на эти вершины не ходила, это был год моего мужа: тогда Саша Абрамов сходил на Винсона и завершил свою «семёрку».

Корр.: И вот подошла пора твоего Эвереста.

Людмила Коробешко: До 2006 года приглашения Саши пойти на Эверест я воспринимала почти как шутку: «Где я, а где – Эверест!» Похоже, до этой главной горы мира надо просто «дозревать», привыкать к мысли, что ты идёшь на него, должна пойти на него. И в 2006 году я была готова взойти – и морально, и физически. Погода отличная. Достигла 7500 метров, пока всё было в норме и вдруг прозвучала команда: «Все вниз!» Но вы же помните тот трагический год: гибели Игоря Плюшкина, Томаса Вебера и эпопея спасения Линкольна Холла. Как мудрый руководитель Саша Абрамов свернул экспедицию и все другие планы, кроме спасательных, отменились сами собой.

В тот момент я впервые в своей альпинистской карьере столкнулась с проблемой выбора: «Идти дальше вверх или спускаться?!» В принципе, я могла бы и дальше продолжать восхождение, тем более, что были ещё вокруг люди из других экспедиций, кто шёл наверх. Но я решила – вниз! А главным аргументом, который остановил меня, и которым руководствовался Саша, было старое советское альпинистское правило: «Если что случилось – экспедиция сворачивается!» Оно проверено тысячи раз и нарушать его нельзя ни при каких обстоятельствах!

Для нас с Сашей тот год стал переломным, мы передумали много дней подряд, в чём были причины трагедий, что было сделано недостаточно надёжно. Хотели даже совсем забросить коммерческий альпинизм. Это был очень тяжёлый период.

Корр.: И всё же вы собрались с силами и вернулись?

Людмила Коробешко:  Да, вернулись, и в 2007 году я вместе с Сашей стояла на вершине Эвереста. Но пришла туда я пораньше, со своим помощником - шерпой. И мы пробыли уже на вершине больше часа, собираюсь спускаться и тут Саша идёт – поворачивает меня. На подъёме я всё время спрашивала себя – «не станет ли мне плохо?» – а когда была уже на самом верху, то волновалась – «надо скорее вниз, ведь чаще всего силы кончаются на спуске?!» Но шерпа удивлялся: «Нет, зачем вниз? Не спеши!» И начал настоящий ритуал. И тут я поняла, что оказалась не готовой к встрече с вершиной: надо обязательно что-то сюда принести, оставить, это у шерпов святая обязанность. Он расставил фотографии своих родных – жены, детей, развесил флажки, разложил какие-то мелкие предметы, рассыпал зёрна, и всё это степенно, с расстановкой: «Они тоже с нами побудут здесь, им тоже хочется посидеть на вершине Эвереста!».

Удачный был тот 2007-й год: взошли все, отличная погода. И главное – спустились все, и сразу до передового базового лагеря, до 6400 метров. Это для безопасности очень хорошо, так бы и всем спускаться, сразу отдышишься.

Корр.: Правильно Саша Абрамов тебе сказал, что нужно сфотографироваться на вершине Эвереста, а то придётся на следующий год снова подыматься! Яркий пример – Сергей Кофанов, он столько раз уже был на Эвересте, на вершине, а снимка его нет оттуда. Он работает, бегает, смотрит за участниками своей команды – ему всё не до снимка!

Людмила Коробешко: Да, верно, придётся ему ради снимка ещё идти!

Корр.: А после твоего Эвереста-2007 сразу на Мак-Кинли? Так, нет?

Людмила Коробешко: Нет, сразу ехать на Аляску – это высший пилотаж, немногие в мире так могут. На своём Мак-Кинли я была в 2008 году. Тоже удачный сезон, большая группа из 8 человек. Экспедицию организовали совместно с американскими гидами, подружились, познакомились. Взошли все восьмеро, довольно легко. С погодой повезло – всегда бы так. Тогда Игорь Похвалин радовался больше всех: он выполнил тем восхождением программу «Семь вершин» - посчитал себя первым украинцем, гражданином Украины, крымчанином на «семёрке!» Ну, а я наслаждалась своей любимой арктической природой.

Корр.: Остался Массив Винсона – 2008-й год идёт!

Людмила Коробешко:  За рекордами скорости я не гонюсь, но в 2008 год уложиться не удалось. Мы просидели конец года, новогодние праздники, в Южной Америке, в Ушуайе, самолёт на Антарктиду не выпускали, потом просидели на аэродроме Пэтриот Хиллс далеко от Массива Винсона. И только в первых числах января 2009-го удалось пойти на штурм. Я была ассистентом гида, мы работали вместе с Сергеем Кофановым.

В составе нашей команды был и первый монгол на высшей точке Антарктиды, он прямо с вершины звонил лично президенту своей страны, тот его поздравлял и теперь он - национальный герой Монголии.

Ещё одна девушка, кроме меня, была в экспедиции – Ольга Борейкина. Ей стало плохо на подъёме, она уже хотела сдаваться и спускаться. Её буквально «спас» Сергей Кофанов: он усадил Ольгу, дал ей отдохнуть, напоил горячим чаем, научил как правильно надо дышать, задал правильный темп работы. Она восстановилась и вернулась ко мне в связку. Да ещё пошла лучше всех – вот что значит вовремя совет опытного гида! Так мы все вместе сделали и Массив Винсона. Хотя труднее всего было, конечно, монголу, который первый раз в жизни шёл в кошках, по перилам, и который просто обязан был взойти – он шёл силой духа. Сергей Кофанов и ему помогал, и конечно, закономерно сам выполнил заветную «Семёрку» - кому ж ещё как не ему выполнять. Только радовался он скромно. А мы его, вслед за поздравлениями, спрашивали - «какое-такое чудо он сотворил с Ольгой Борейкиной, какие-такие таблетки дал, что она прямо-таки побежала на вершину после того, как собиралась отказываться от штурма?»

Ну, и конечно, моей радости не было предела, даже не верилось, что такой длинный горный марафон завершился. Вместе со мной скакал на вершине Массива Винсона итальянец Лоренцо Гориано – он тоже выполнил этот проект, многие горы он ходил в составе нашего российского Клуба.

Нам удивительно повезло на спуске: погода ухудшалась, ветер усиливался, все очень устали и когда пришли в верхний лагерь, то собирались, как и все остальные группы, ночевать, отдыхать. Однако Сергей Кофанов принял своё решение, настоял на нём, и оно оказалось очень правильным: «Несмотря на усталость идём вниз! Терпим, собираемся с силами!» В итоге мы через несколько часов уже были в нормальных комфортных условиях, а те, кто остался в верхнем лагере, ещё двое суток не могли спуститься, носа высунуть не могли из палаток, настолько сильным стал ветер на высоте.

Корр.: Теперь Антарктида будет тебя тянуть, Южный полюс притягивает?

Людмила Коробешко: Да, есть такое дело. Хотя до Южного полюса далеко, а вот на Северный полюс я собираюсь уже в марте-апреле нынешнего, 2009 года, хочу пройти 90-й градус, 111 км на лыжах. Есть такой тур. Прилетаем с ледового аэродрома Борнео и вперёд – до полюса. Очень интересно!

Корр.: А что же дальше? Семь вершин плюс Пирамида Карстенс? Или ещё лучше – быть первой россиянкой на всех восьмитысячниках планеты!

Людмила Коробешко: О Пирамиде Карстенс я, конечно же, думаю. И это тоже, возвращаясь к вышесказанному, будет именно экспедиция, что меня привлекает - переход через джунгли, дикая природа, сопровождение папуасами. Хотя сейчас разрабатывается вариант вертолётной заброски. А вот с 14-ю восьмитысячниками – это ой! как сложно. Вот наш именитый альпинист Сергей Богомолов столько лет старается – очень тяжело. Пожелаю ему, чтобы он выполнил программу сам, стал первым россиянином на 14-ти главных восьмитысячниках, ему остались Аннапурна и К-2, по два раза он там уже работал, пытался – не пустили! Сделает Сергей Богомолов свою программу, а я его подробно о ней расспрошу – там и подумаю. Сейчас он иногда в нашей команде «Клуба 7 вершин» выступает в качестве гида, например, ведёт людей на такое непростое и интересное восхождение - на Ама-Даблам.

Корр.: А ещё на острове Новая Гвинея Саша Абрамов открыл глубочайшие трещины, уходящие к центру Земли. А другой наш монстр альпинизма – Денис Провалов, знает, что там находятся глубочайшие провалы и хочет установить новый мировой рекорд глубины – 3 километра. Вы с Сашей Абрамовым все вместе, и с Денисом Проваловым, просто обязаны сделать этот проект!

Людмила Коробешко: Конечно, конечно! Начинаешь заниматься серьёзным проектом и всё пересекается, и появляются новые мысли, идеи, проекты. С удовольствием, например, занимаемся мы с Сашей подготовкой кругосветки «80 дней вокруг света на автомобилях» - очень сложный проект, но если получится, то мы будем первые. Надеемся, что с Юрой Белойваном вместе его сделаем, он заинтересовался альпинизмом, но и ещё очень серьёзно гоняет на джипах по планете – в 2008 году пересёк всю Россию до Камчатки. Есть ещё воздушные шары, самолёты, подводные лодки – на всём можно устанавливать рекорды!

Корр.: Совершенно свободно пока в истории место первой россиянки вокруг света на яхте!

Людмила Коробешко: Да-а-а? Море я очень люблю! Надо подумать! Почему бы и нет!?

Хроника «Семи Вершин» Людмилы Коробешко:

Эльбрус (5642 м) – 1996
Килиманджаро (5895 м) – 2003
Аконкагуа (6968 м) – 2004
Косцюшко (2228 м) – 2004 (октябрь)
Эверест (8848 м) – 2007
Мак-Кинли (6194 м) – 2008
Массив Винсона (4897 м) - 2009




Интервью с В. Воронковой


Воронкова Виктория – выпускница филологического факультета 2004 года, ныне начальник по управлению номерным фондом отеля (St.Peterburg Vasilievsky Hotel)

– Стал ли филологический факультет хорошей стартовой площадкой в Вашей профессиональной деятельности?

– Да, филологический факультет был отличной стартовой площадкой для моей профессиональной деятельности. Прежде всего, здесь мне привили желание и умение учиться, совершенствоваться, не бояться трудностей, верить в себя. Всегда вспоминаю слова нашего декана: «Филолог – это не специальность, это диагноз...». Он всегда говорил, что филологи ничего не боятся, всё умеют и всё могут. Я в этом убедилась. Я не работаю по специальности, но знаю, что успех пришел ко мне и потому, что у меня фундаментальное образование, широкий кругозор и правильная речь ­– всё благодаря нашему факультету!

– Каковы Ваши наиболее яркие воспоминания о студенческой жизни на филологическом факультете?

– Лекции-представления доцента А.В. Очмана, семинары А.Ф. Петренко, погружения в дискурс на парах у А.А. Бурова, заучивание стихов для сдачи экзамена Э.Г. Айрапетовой, профессиональные преподаватели английского языка, разнообразные капустники, выступления. Это просто 5 лет счастья!

– Если бы Вам пришлось выбирать: стать студенткой филологического факультета или какого-нибудь другого – что бы Вы выбрали?

– Филфак! – и только филфак!

– Каким образом знание произведений классической литературы помогает Вам в реальной жизни?

– Книга – это жизнь, реальная или выдуманная.... чья-то, не твоя. Чем больше я читаю, тем меньше ошибок в своей собственной жизни допускаю, во всяком случае, я в это верю. Думаю, знание классической, и не только классической, литературы дает возможность иначе смотреть на жизнь, на ее перипетии, трудности, радости. В наше время с его Интернетом, мобильной связью, телевидением классическая литература остается вне конкуренции. Самая главная задача нашего поколения – научить любить читать будущие поколения.

– Как Вы считаете, для каких целей иностранцы сейчас изучают русский язык?

– Наша страна сегодня выходит на новый уровень международных отношений, у нас вновь появился шанс стать великой державой, с мнением которой должны считаться другие страны. Мы стали более мобильными, открытыми. Как в такой ситуации обойти вопрос изучения русского языка иностранцами? Думаю, русский язык в скором будущем войдет в число самых изучаемых языков мира. Я работаю в сфере гостиничных услуг, я часто встречаю иностранцев, говорящих по-русски, и тенденция усиливается с каждым годом. Они признают, русский язык очень сложен, но если ты хочешь добиться успеха на арене российского бизнеса, знание языка просто необходимо.

– Какими качествами должен обладать филолог, чтобы успешно найти своё место в этом мире?

– Уверенностью в себе, гибкостью, толерантностью, желанием познавать и открывать для себя новое, не бояться неизвестности, верить в лучшее, нести в мир добро и любить СЛОВО (в какой бы сфере ни пришлось работать, чтобы помнить, откуда мы родом)!




Интервью с М.А. Солоновичем


- Михаил Александрович, Какую школу Вы окончили? Как учились? 

 -Школу №6 г. Пятигорска окончил с одной «четвёркой» (серебряных медалей тогда не давали.

-Кем Вы хотели стать, когда учились в школе?

-Так и планировал: поступать в педагогический (тогда – ПГПИИЯ), затем - работать по профессии.

-Как прошли студенческие годы? Как проводили свободное время?

-Студенческие годы прошли в учёбе, а свободное время проводил как все студенты.

-Осталось у Вас какое-то яркое воспоминание из студенческой жизни?

-Запомнились очень хорошие преподаватели: Перепелицын, Меньшин, Лирола, Альфонсо.

-Вы сразу начали работать по профессии по окончании института?

-Сначала работал 2 года переводчиком на Кубе; потом – учителем в сельской школе в ст.Суворовской.


-Вас туда направили работать или сами пошли?

 -Сам пошёл.

-А трудно ли руководить школой?

-Всякое бывает.

-Наверняка, коллектив , в основном, женский. Как Вам в нём работается? Не обижают?

-Я только месяц работаю в этой школе, поэтому трудно сказать. Коллектив, действительно, женский: только 2 мужчин и я, 3-й. Я адаптируюсь, принимаю все «за» и «против», которые есть, чтобы потом сделать всё то положительное, что могу, исходя из своего опыта работы.

-Какой у Вас стаж работы?

-Сначала работал 2 года на Кубе переводчиком, потом – 2 года в сельской школе, далее – 4 года в Никарагуа преподавал русский язык, потом – зам.директора по воспитательной работе в школе; далее – опять 2 года переводчиком в Аргентине, после этого – 7 лет зам.директора по учебно-воспитательной работе; с 2001 года – директором школы. Можно сказать, что прошёл практически все этапы и знаю школу изнутри: и как учитель, и учебно-воспитательную работу, и как директор; это мне помогает в работе.

-Поддерживаете ли Вы связь со своими однокурсниками?

-Да, общаемся, но не очень часто, времени не хватает. Многие работают в школе.

-Как Вы относитесь к идее создания в ПГЛУ Ассоциации выпускников?

-Это хорошая идея – создать ассоциацию. Любое общение способствует самореализации и развитию человека. К сожалению, в этом году я не смог присутствовать на встрече выпускников, потому что много работы. Школа – непредсказуемый механизм: это – дети, родители; очень много незапланированного случается. Поэтому нужно всегда быть в курсе всего, не всегда хватает времени, в том числе и на личную жизнь.

Подготовила Калинцева Мария




Интервью с Ю. Попандопуло (Лысенко)


- Вы выпускница факультета французского и английского языков, скажите, пожалуйста, почему Вы выбрали именно этот факультет?

Когда я училась в школе, одним из моих любимых предметов был французский язык. Уже, обучаясь в 11классе, я сделала выбор в пользу Пятигорского Государственного Лингвистического Университета, факультета французского и английского языков. Я училась в Лицее №6 г. Ессентуки, где мне дали хорошие знания французского языка.

Полученные мною знания на факультете французского и английского языков дали мне возможность совершенствоваться в выбранной специальности.

- Расскажите, пожалуйста, о ярких впечатлениях из вашей студенческой жизни. Студенческие годы - лучшие годы в жизни каждого человека.

Да, это действительно именно так. Было много ярких впечатлений на протяжении моей учебы на факультете, но самым запоминающимся был КВН.

- Университет Вы закончили в 2001 году. Чем Вы занимались после окончания? Работали ли Вы по специальности или Вы ушли в другую сферу?

Да, университет я закончила в 2001 году и на протяжении двух лет работала преподавателем французского и английского языков в Пятигорском Государственном Технологическом Университете.

В 2003 году я переехала на постоянное место жительства в г. Королев Московской области. И с этого же года начала работать старшим преподавателем французского и английского языков в Московском Государственном Университете Леса. Спустя один год я решила продолжить свое образование и поступила в аспирантуру по специальности «Педагогика».

- Что привлекает Вас в преподавательской деятельности?

Мне нравиться делиться своими знаниями со студентами, передавать свой жизненный опыт. Когда я училась на факультете, я встретила много хороших преподавателей, настоящих профессионалов своего дела, мне очень хотелось брать пример с них.

-Как вы любите проводить свое свободное время? Что для Вас наилучший отдых?

Я люблю путешествовать. Во время летнего отпуска мы с мужем побывали в Чехии. Я думаю, что смена обстановки и знакомство с новыми интересными людьми – это и есть для меня лучший отдых.

- О чем Вы мечтаете?

Моя мечта – защитить диссертацию и поехать на стажировку во Францию.

Подготовила Валуева Ольга



Интервью с О. Питеровой


-Здравствуйте Ольга, я знаю, что специальность, которую вы получили на нашем факультете, теперь весьма пригодилась вам и в работе, расскажите, пожалуйста, чем вы занимаетесь?

Здравствуйте, да, действительно моя работа на прямую связанна с психологией и у меня успешно, получается, совмещать полученные знания с интересной работой. Сейчас я работаю в Межрегиональном общественном благотворительном фонде «Выбор» психологом, тренером-консультантом и менеджером по программам.

 -А что входит в ваши обязанности?

В мои профессиональные обязанности входит проведение профилактических семинаров; семинаров по межличностным взаимоотношениям между мужчиной и женщиной, ребёнком и родителями. Мы оказываем помощь людям имеющим неудовлетворенность от своих межличностных отношений и желающих улучшить те или иные стороны своей жизни.

 -А кто чаще всего обращается к вам за помощью? Есть ли какая-нибудь статистика?

За помощью и советом могут обратиться люди абсолютно разные по возрасту и роду деятельности, начиная от учащихся первых классов и заканчивая крупными организациями. К нам приходят с абсолютно разными проблемами, и каждый человек является для нас особенным, представляющим интерес. Мы всегда рады помочь, тем, кто обращается в наш фонд.

 -А чем ещё, помимо консультативной и тренинговой работы занимается ваша организация?

МОБФ «Выбор» оказывает благотворительную помощь инвалидам, малообеспеченным семьям и людям с дефицитарным развитием. А также большую помощь нашей организации оказывают добровольцы, участвующие в проведении соцопросов, благотворительных концертов и мониторингах.

-Вы можете похвастаться своими победами, я знаю, что ваш проект участвовал в городском конкурсе?   

Да, действительно в 2008 году проект «Лига здоровья нации», созданный при участии наших лучших профессионалов  победил в конкурсе общественной палаты РФ! Для нас это было весьма значимое событие, побудившее к дальнейшей разработке все новых проектов.  

 -Ну, и на прощание что бы вы хотели пожелать нашим читателям и Вашим будущим коллегам?

Во-первых я бы хотела выразить большую благодарность нашему факультету, за те знания и возможности, которые я получила за время обучения. Я уверена, что главным для процесса обучения, является желание студента заниматься любимым делом, а если есть желание возможность обязательно появиться!

 -Спасибо Ольга, что нашли время для нашего интервью!

И вам спасибо, что обратились именно ко мне.

Подготовила Кринчиян Анастасия



Интервью с Д. Быковым


Мастер-класс от Дмитрия Быкова

«Позвольте представить вам выпускника французского факультета 1998 года, блестящего студента, Дмитрия Быкова…» – начала встречу Эльвира Дмитриевна Кондракова, – «Вообще, ребята, удивительно, кем работают наши выпускники: и логистами, и журналистами… И мы подумали, а почему бы и не попросить их провести для вас мастер-классы, поделиться своим опытом». Так начался организованный Ассоциацией выпускников ПГЛУ мастер-класс для студентов отделения журналистики.

Дмитрий, журналист не по профессии, но по призванию, вот уже 10 лет варится в этой каше. Да, именно так, иначе это занятие не назовешь! Начиналось все в Минводах. На небольшой городской студии работал корреспондентом. Потом, пятигорская краевая студия телевидения – ведущий телепередачи «Время местное». А дальше – поездка в Москву, в никуда, поиск работы и, как это бывает в фильмах, покорение столицы. Вот уже четыре года Дима трудится на кабельно-эфирном канале Столица, который вещает на Москву и область. Начав свою карьеру корреспондентом, Дмитрий сейчас работает над телепроектом «Специальный репортаж».


– Я хочу сразу сказать, я не собираюсь быть истиной в последней инстанции, я не скажу вам, что так нужно делать, а так нельзя. Я хочу лишь дать вам несколько советов, – начал Дима.

В стены родного вуза он привез несколько своих работ, которые показал и прокомментировал. Среди них новостные материалы, прямое включение, вызвавшее большой интерес у студентов и как следствие живое обсуждение. Так же один из выпусков телепередачи «Соседи» – биографического характера, и специальный репортаж на социальную тему, об инвалидах, который занял призовое место на региональном фестивале в Липецке в номинации «Гражданская позиция», а в Москве он стал лучшим очерком на всероссийском фестивале. И не зря! Фильм не вызывает чувство жалости к инвалидам, а показывает их как обычных людей со своими проблемами, на которые всему обществу стоит обратить внимание. Мастерство журналиста оценили молодые коллеги. Интересовались, как и что. А Дима с удовольствием делился своим опытом.

– Для того, чтобы стать журналистом, ребята, не обязательно заканчивать журфак, – процитировал Дмитрий Леонида Парфенова, отвечая на вопрос студентов. На что преподаватели отреагировали, напомнив всем, что сам Парфенов уже работая журналистом, поступил на факультет журналистики МГУ. Но Дима констатировал, что, к сожалению, есть и такие, которые, получив диплом, не могут даже написать сюжета…

Было еще много вопросов о том, как все-таки работается журналисту, о каких-то специфических приемах по трудоустройству, о различиях мужской и женской журналистики, о качествах журналиста, о трудностях работы в Москве и о многом другом.

А после он поделился своими впечатлениями об обновленном университете:

– Приятно был удивлен, увидев университет в новом свете, чисто визуально. Новый светлый просторный холл, лекционный зал ¹3. Но надо сказать, что я учился в основном в корпусе по улице Кирова 43, но любые изменения это хорошо. Очень радуют! Я очень часто захожу на сайт университета и с удовольствием наблюдаю за всеми изменениями в университете, слежу за новостями.

– А что заставило ехать в столицу? Почему бы не остаться здесь, и не заняться развитием регионального телевидения?

– Ну, в первую очередь, все едут в Москву, чтобы сделать карьеру и заработать денег. Но тут еще кое-что: просто на каком-то определенном этапе я пришел к выводу, что здесь на этой студии все, я дальше не пойду! Нет перспективы для саморазвития. А там возможности. Я, конечно, не говорю, что там все легко. Но если работать, бороться с трудностями, то добиться можно очень многого!

– Ваше образование помогает в выбранной вами профессии?

– Да, случалось общаться с иностранцами. Например, на авиасалоне «Макс» я общался с французскими летчиками. Когда они слышат французскую речь, они ж и общаются по-другому! Вот, записали интервью. Замечательно!

– То есть, у вас есть и перспективы работы в сфере международной журналистики?

– Конечно. Но, опять-таки, только на федеральном телевидении. Это собкоры, спецкоры… но туда пробиться непросто! Хотя нет ничего невозможного! Я был еще маленьким, смотрел пятигорские новости на Андрея Чистякова, который сейчас собкор на ВГТРК, говорил: «Видите Андрея? Вот и я буду там работать!» Получилось же! Теперь смотришь первый канал, видишь там Екатерину Андрееву, думаешь: «Туда бы и мне!» Но это дело времени.

Вот такие выпускники составляют славу нашего вуза, которые хотят, стремятся, и добиваются желаемого. И неудивительно, если пару лет спустя, наша гордость, Дима Быков будет вещать нам самые последние новости Первого канала. А мы, студенты, смотреть на него и думать: «Видите Диму? Вот и я буду там работать!»

Подготовил Денис Швачко

Интервью с М.Ю. Жаровым


Беседа журналиста Л. Николаевой с главным редактором "Педагогической газеты" (КЧР) Михаилом Жаровым, выпускником англо-психологического факультета ПГЛУ 1990 года, ИДОП «журналистика»-2005, учеником профессора Раченко И.П.

«ЖИЗНЬ - ЭТО БОЛЬШАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»


Фонтан афоризмов, гейзер цитат, водопад стихов и целый сонм иноязычных высказываний - в стиле “вдохновение от природы” - в зоне доступа перестает пугать и возникает мысль, что невозможное, все-таки возможно, а просто поговорить - не помеха собственной заниженной самооценке. Так будем откровенны и используем подвернувшийся случай, как стимул к самосовершенствованию.

- Откуда такое: “вездесущие, М.Ю.”? Ведь быть на виду - занятие утомительное и зачастую неблагодарное?!

- Да, «жизнь - это большая ответственность», но лишь в той степени, в какой человек осознанно и самостоятельно принимает на себя те или иные виды ответственности. Хотя, думаю, согласятся многие, гораздо проще погрузиться в ритмы массового потребления, думать только лишь об источниках и способах дохода, выживать, не интересуясь особо миром других. Это тоже своего рода «ответственность». Одним словом, эгоизация и «атомизация». Вы даже можете не представлять, насколько серьезны для нынешнего российского миропорядка последствия того глупого тезиса 90-х годов 20 века - идеи самовыживания! Очень повлиял этот глупенький посыл на всю нашу постперестроечную жизнь. Ну, а в связи с тем, что человек как таковой - это животное социальное, мы все вынуждены «быть на виду». Хотим мы того или нет. Так что «вездесущность» - это всего лишь, вероятно, поиск сущностей и личностей - существ, с которыми не скучно коротать свой век… Что касается «ожиданий благодарности» - это неконструктивные чувства. Остатки неизжитого нарциссизма. Вообще-то - тема интеллектуального самолюбования, псевдоэлитности, снобизма и т.п. штучек достойна подробного рассмотрения. И с самых разных точек зрения. Например, с позиций науки «иерархиологии»… «Вездесущность» - специфика профессии, очень относительная категория. Если раньше близкие люди меня укоряли за «любовь к натюрмортам», возникающих многократно на любой поверхности, теперь я сам могу посмеяться над самим собой как частью социального «натюрморта» (в значении «навоза для истории»). Короче говоря, нами торгуют и…баста! И мы торгуем. Помните у И.Бродского: «Жизнь есть товар на вынос…»? Потому что так надо.

- Что думается о людях, с которыми судьба сталкивает? По “коридорному” принципу общаетесь?

- Не совсем понимаю, что за «коридорный» принцип. Полагаю, что подразумевается поверхностность общения?! Судьба не «сталкивает», а ведет. Когда-то Саша Соколов («Школа для дураков») на вопрос о главных достижениях жизни ответил: «Возможность видеть тех и общаться именно с теми людьми, с которыми хочется разговаривать». Полагаю, что это одна из главных и приятных миссий Ассоциации выпускников ПГЛУ.

- Знания - самоцель или жестокая необходимость? Желание оригинальничать осознанное, а с годами проходит или усиливается?

- Прежде всего, знания - это осознанная необходимость, взращенная на природном фундаменте любознательности ради адаптации и выживания в этом мире. Конкуренция, понимаете, за место под солнцем. Избыточная конкуренция, кстати. (Мне гораздо ближе и понятнее философия общинной «соборности»: «Общая польза важнее личной выгоды»). Сегодняшняя позиция довольно большой части общества, что знания ничего не решают, в отличие от «связей», «блата», удачи и т.п. - заведомо проигранная позиция, грозящая в дальнейшем глубокими разочарованиями и мотивационными кризисами личности. Излагать, транслировать - не трудное дело. Куда как сложнее генерировать знания, мысли, идеи. Производить на свет, продюсировать, творить. И если уж эти субстанции выходят оригинальными (а это не всегда случается), то почему бы их не вынести на суд добропорядочного «зрителя», согражданина, то бишь?! Посмотреть на реакцию, доступность, отшлифовать позднее, довести до приемлемой для социума формы, чтобы «мысли начинали работать». Пример: долгие лета от всех и отовсюду приходится слышать «великую» формулу о наших детях и нашей молодежи как «нашем будущем». Но я говорю, что «дети - наше настоящее!» и рад, когда так «мыслят» еще хотя бы несколько хомо-сапиенс. Именно родной иняз научил вдумываться в слово, ценить мысль, слышать звук… Или : будучи редактором районной газеты "Земля Прикубанья" просто обязан был придумать для себя и всех прикубанцев: Любите и цените землю, на которой живете!"... Слова создают реальность, в которой мы живем, т.к. они выражают мысли или мыслишки, которые движут нашим поведением, нашими поступками. И мне интересно строить лучшую - по сравнению с сегодняшней - реальность.

- Такой перманентный «эпатаж» общественности дорого обходится собственному организму? Как часто «ударяет» непонимание окружающих?

- Спасибо за вопрос - не знал, что порой хождение в мир, «бытие-для-других» иногда выглядит как эпатаж. Отформатируем оболочку, так сказать, в целях гармонизации. Признаюсь, что порой забываю о законах мимикрии, надеясь на движение общества вперед, а не на топтание на месте. Иногда опережаю события, ориентируясь на опыт других городов, регионов или стран. (Пример: отсутствие литературно-художественного журнала в течение долгих лет в нашем субъекте РФ. Появится позже. И это сделают люди!) И поэтому непонимание не есть большая проблема. ( Да простит мне профессор Литвинов из ПГЛУ - очень уважаю семинар по проблемам герменевтики, который посчастливилось посещать в начале 90-х). Глубинная проблема - отсутствие четкой и ясной, доминирующей среди прочих ценностей, трудовой прагматичной этики среди всех возрастов и слоев населения. (И - соответственно - Достойной оплаты за качественный труд). Этики, основанной на культе саморазвития, добросовестной конкуренции и законопослушности, а не удачи, фортуны, блата и т.д. Это - первое, что «ударяет». Наверное, учитывая это вновь, начинают поднимать тему «производительности труда»! Второе. Когда в обыденном общественном сознании выкорчевка произойдет глупой и убийственной мысли «Закон, что дышло…», то все переключатся на более приличные рельсы саморазвития. Пока с правосознанием у нас, согласитесь, не очень нормальное положение. Не могу забыть один забавно-поучительный эпизод осени-2007, когда в родной АЛЬМА-МАТЕР (Пятигорский Лингвистический Университет) в заключение первого дня работы международного Конгресса "Мир на Кавказе..." после многократных упоминаний в докладах многих ученых о важности и "великой актуальности" толерантности для "упрочения мира и стабильности", как гром среди ясного неба прозвучало заключительное выступление первого дня Конгресса Гражданина Иванникова (ЮФУ). Словно подытоживая тысячи слов в пользу толерантности, он сказал: "И все-таки, я считаю куда как более важным соблюдение законности и формирование правосознания граждан РФ, нежели призывы к толерантности"!

- В разговоре как-то прозвучали слова о том, что журналист должен быть максимально загружен знанием политики, юриспруденции и др. Чем загрузили бы себя или же все нужное уже присутствует?

- Не только журналист должен быть «загружен», ведь вы сейчас говорите о «КОНКУРЕНТНОСПОСОБНОСТИ»!? Поговорите сегодня с рядовыми учителями наших школ о компетентностном подходе. Или об исследованиях рынка труда для будущих молодых специалистов. Вернее, попробуйте поговорить! Или предложите учителю принять участие в работе школьной студии телевидения. Вы узнаете, насколько готово наше общество к честной добросовестной конкуренции. И по горизонтали, так сказать, и по вертикали. Знаний предостаточно, а вот умений решать проблемы…Так что - «грузиться» и «загружать» не стоит, но пульс постоянного познания должен присутствовать. «Пока не меркнет свет, пока горит свеча!»

- Как находите и запоминаете все свои “фонтаны” и “гейзеры”? Есть ли особая нужда в бесконечном цитировании, ведь многим, что называется “по барабану”?
- Это, конечно, небольшой минус интеллектуалов - стремление к усилению весомости своих мыслей мнениями других титанов и авторитетов. У нас на Кавказе часто вместо научной «зауми» прибегают к помощи так называемых «хапаров», «хабаров» - поучительных историй из жизни. Это притчеобразные эпизоды, реально произошедшие в жизни истории. Рассказывая их, пересказывая их и передавая из уст в уста, старшее поколение передает свой социальный опыт младшим. Для меня они не менее важны, чем диссертации прославленных ученых. Одно другому не мешает. Кроме этого, абсолютно согласен с тем, что «поэт пишет не из-за того, что ОНА УШЛА, а из-за языка». Т.е. великий русский язык должен быть живым, бодрым и радостным во всех сферах жизни. Полагаю, что именно такое звучание вкладывает А.П.Горбунов (ректор ПГЛУ), говоря «Русский язык - это язык личного успеха!» Меня, конечно, немного еще интересует «качество мыслей», ибо владение тем или иным языком не гарантирует порядочности или эффективности личности.

- Бороться и искать, найти и не сдаваться! - Взяли бы себе на вооружение этот девиз?

- Взял бы, взял бы. Но точнее тибетских махатм трудно сказать: «Люби, остальное приложится!»

- Обломов, Дон Кихот или Корчагин: кто ближе по духу?

-Конечно, ни в коем случае не Обломов. Пожалуй, ближе Дон Кихот, говорящий «мы пойдем другим путем»…Так, например, у Ф. Бегбедера имеется сравнение «донкихотства» с борьбой интеллектуалов против засилья постеров и рекламы. Бесполезно. А вообще-то удивительная вещь произошла за последние десятилетия: когда я просыпался перед походом в школу, то мое сознание было занято повторением стихотворения, которое придется рассказывать на литературе. Ну, или предвосхищением каких-то спортивных битв на школьных стадионах. Сегодняшний школьник частенько утро начинает с вопроса «что купит мама или папа сегодня новенького или вкусненького?». Или - «сколько же монет осталось на моем мобильном?». Ну, согласитесь: при таком «полете мысли» трудно настраивать организм на познание и упорную мыследеятельность.

- Вечный бой, покой нам только снится… И, все-таки, о покое?

- Покой - это краткие периоды радости и удовлетворения от сотворенного, созданного. Краткие, т.к. следом идут новые и новые задачи, которые выдвигает работа, и которые ты сам для себя определяешь.

- Ваше бескорыстие - удел, осознанный выбор или тонкий расчет?

- Это осознанный выбор, становящийся уделом. Он невозможен без тонкого расчета. Рекомендуемая всемирной организацией здравоохранения доля бескорыстия - 33% от общего объема выбрасываемой во внешний мир энергии. Противопоказаний не имеется.

На тонких струнах души коллеги попыталась «сыграть» Л. Николаева

Интервью с Д. Якубовым


Беседа главного редактора «Педагогической» газеты Министерства образования и науки КЧР Михаила Кавказского и редактора газеты «Земля Прикубанья» М.Жарова с лидером московской рок-группы «РАДИОДЫМ» Д.Якубовым.

Пятигорск, вершина горы Машук, 25.05.07.13-оо – 14-00


Дамир Якубов - 40-летний рок-поэт современной России, выпускник пятигорского иняза 1991 года, автор-исполнитель многочисленных баллад и акустических композиций. Организатор благотворительной акции «Рок за милосердие» на КМВ в 1992 году. Играл в начале 90-х в составе группы «Сенсус» (г. Пятигорск). Лидер московской группы «Радиодым». Широкой публике может быть известен по совместной работе с Н. Носковым (альбом «По пояс в небе»-2006 год).

- Наша беседа стала возможной благодаря интересному мероприятию, прошедшему 19 мая в нашем родном вузе – педагогическом институте иностранных языков. Твой визит на Ставрополье связан с участием в первом форуме Ассоциации выпускников ПГЛУ. Очень конструктивное и перспективное предприятие, на мой взгляд, имеющее все шансы на развитие. Но мой первый вопрос навеян одним из твоих свежих творений - «Мы сидели и смотрели на мир…». В этой песне ты вновь «жизнеутверждаешься»: аперитив за позитив!- хотя несколько лет назад о твоей персоне упоминали в связи с каким-то деструктивным роком. Что такое «деструктивный» рок?

- Все очень просто: есть музыкальные коллективы, которые останутся в истории, а есть коллективы, о которых не вспомнят через короткий период времени. Вот и вся разница между роком и деструктивным роком.

- Сегодня твою Банду Мира («Радиодым») музыкальные критики определяют как арт-роковый коллектив с вдумчивыми и серьезными текстами песен. Звучит неплохо, неправда ли?

- В Москве если музыканты умеют играть более-менее на инструментах, то попадают в разряд арт-рока, если не очень умеют – в разряд «г..но-рок». Думаю, что лучше первое.

- А как поживают твои фолк-речитативы - новый жанр мелодекламации, которые несколько расширили диапазон жанровых пристрастий «Радиодыма» в начале 21 века. Они запомнились кавминводским, московским и ивановским ценителям твоего таланта!?

- Признаться, я пою сейчас более позитивные вещи, хотя в компании друзей и близких людей могу исполнить и эти динамичные тексты. Делать аранжировки к таким народным искренним мелодиям, думаю, не стоит. Вообще, студийная работа – это такая серьезная вещь и люди, оказываясь в студии, почему-то всегда стремятся чему-то соответствовать, какому-то формату... Просто есть музыка, которая хорошо продается, а есть музыка, которая не продается. Каждый, кто занимается честно и с душой музыкой не на продажу, рано или поздно, попадает в категорию «герои рок-н-ролла» или «солдаты рок-н-ролла». То есть, люди могут чем-то всю жизнь заниматься, но особо это не будет нужно другим… А ты приходишь на студию, там сидят такие звукорежиссеры, аранжировщики, которые тебе говорят: «А зачем «париться»? Давай «забабахаем» хит, у тебя нормальные темы, сделаем все, как надо!». Есть люди, которые создают общий саунд и таких студий не так много в Москве.

- «Снегири» (О.Нестеров) ты относишь к числу таких студий?

- Я не могу сказать, что мне нравятся все проекты этой компании. Для Олега все, что не попадает в мейнстрим – уже нечто. Компания худо-бедно существует, делает свое дело. У них есть и убыточные проекты, которые финансируются за счет прибыльных. Они выпускают и электронную музыку, которая неплохо продается.

- Давай вернемся к нашей «альма-матер». Недавно у Всеволода Овчинникова в «Калейдоскопе жизни» встретил такое мнение: «Знание английского языка открывает много дверей, но не все. Русскому человеку редко удается достичь ментальности англичан, хотя они из любопытства могут пустить вас…»

- То есть, тебе нужно было услышать мнение Овчинникова, чтобы согласиться с моей точкой зрения?

- Именно так получается, потому что я прекрасно помню в какую сторону «качнулись качели твоего сознания» после первого визита в Британию в 1992 году вместе с пятигорским театром Виктора Собчака. Ты уже тогда играл в английских клубах свои песни и впервые записал несколько своих акустических композиций в нормальной студии «Клифтон Саунд» в Бристоле. Сегодня твои мысли могут помочь сегодняшним студентам ПГЛУ и не только студентам «постичь ментальность англичан».

- Не пренебрегайте в изучении английского наследием Роджера Уотерса и Дэвида Гилмора! Если, конечно, вы что-то слышали об этих великих англичанах.

- В одной из песен ты назвал педагогов иняза «людьми безответной любви и бесконечной грации» и…

- А ты не согласен с таким определением!

- По поводу грации - абсолютно согласен, но о степени «безответности» их любви не могу судить. То, что мы взяли здесь - в «альма-матер»- у матери кормящей… я очень ценю и уважаю их труд, энергию, интеллект моих учителей. Я отвечаю на любовь моих педагогов какими-то своими достижениями профессиональными, культивирую их этику взаимоотношений…

- А то, что дороги разбиты в городах и селах – это что? Люди так сильно любят природу?! Почему никто не «чешется», чтобы сделать свою жизнь красивее, свой двор, свою улицу? Или у нас ментальность не «такая», не «английская»!? Если бы у человека была эта «струнка» (потребность) жить в красоте, окружить себя красотой, тогда можно было бы говорить…

- Власть пусть дороги делает!

- Почему власть?

- Это их миссия, обязанность. Мы платим налоги, а власть (муниципальная, федеральная, региональная) пусть организовывает бюджет села, города и делает эти дороги качественно и красиво. Наша задача-минимум – не гадить, не бросать бумажку от мороженного в урну и быть законопослушными. Все по Конфуцию – отец должен быть отцом, сын – сыном, муж – добропорядочным мужем и т.д.

- Может быть, ты и прав…Аперитив – за позитив!

- В списке музыкантов, которые оказали наибольшее влияние на формирование твоего музыкального мира, есть много интересных личностей: Питер Габриель, Лед Зеппелин, А.Рыбников(«Юнона и Авось») и др. Кого ты мог бы добавить сегодня в этот круг?

- Сегодня я, пожалуй, убавил, сократил бы этот список.

- Что у тебя с клипами и всякими этими промо-движениями? Помню твой первый клип, созданный на пятигорской студии телевидения в начале 90-х…

- Хочешь, я тебе правду скажу?

- Да, желательно. И ничего, кроме правды!

- Чтобы в чем-то разбираться, что-то понимать нужно вместе с этим предметом, объектом, произведением какое-то время прожить, понимаешь!? Не торопясь прожить, не спеша… Слиться с этим. Почему, когда я приезжаю сюда, я понимаю, насколько людям важна музыка!? …Вчера Руслан Молов (однокурсник из Нальчика- М.К.) после долгих лет встретился на улице и сказал: «Позволь мне задать 1-ый вопрос – ЧТО ТЫ СЕЙЧАС СЛУШАЕШЬ?». И я понимаю, насколько людям важна Музыка! Об этом иногда забываешь, живя в большом городе. Люди не имеют такого количества времени, отвлечены суетой, ежедневными заботами. Заботы и здесь в провинции присутствуют, но в столице уж очень напряженный ритм жизни. Когда приезжаешь в такие неторопливые , но красивые города, понимаешь сколько проходит мимо тебя… Вчера послушал Уотерса и настолько полюбил эту музыку снова!

- Неужели!?

- Понимаешь, слишком много условностей… много материального сейчас вокруг того, что должно быть духовным. Здесь, в городе своей юности, ты острее чувствуешь, что человек не смотрит во что ты одет, а спрашивает тебя - «ЧТО ТЫ СЕЙЧАС СЛУШАЕШЬ?» И то, как он спрашивает об этом!… И ты понимаешь, что для этого человека, который в твоей жизни присутствовал, этот вопрос очень важен… потому что… потому что для него Музыка важна! Да вот и ты сам тоже только о творчестве и рассуждаешь: о музыке, фильмах, обрядности, традициях и т.д. Ты же бывал и жил в больших городах, но что-то ты не вспоминаешь, не восхищаешься ими…

- Я очень восхищен современной Москвой, но предпочитаю восхищаться с расстояния. Ты же знаешь, что большое видится с расстояния!? А обряды, ритуалы – это же выражение духовности или ее остатков. Педагоги должны знать сегодняшние «обряды», если они хотят воздействовать на своих воспитанников. Все очень просто…

- Так получилось, что за эти три дня, что я здесь нахожусь, с утра до вечера, с разными людьми мы говорим только о музыке, о значении музыки в жизни каждого человека. Музыка – нематериальная вещь. Она материализуется, потому что наносится на разного рода носители, а сама изначально - нематериальна. Когда я играю с музыкантами, мне важно почувствовать их настроение. Мне кажется часто, что люди играют с такой мыслью: «А сколько мне за это заплатят?» И в этом – трагедия. Это – тормоз. Очень много людей, которые думают, что они музыканты. Они думают, что музыкант – это человек, который должен виртуозно владеть инструментом, а это на самом деле не обязательно. Иногда нужно виртуозное владение, но чаще нужен мыслитель, у которого есть своя мысль, свой звук. Именно свой звук и мысль, а не то, как он промчится лихо по грифу гитары.

- А тебе не кажется, что в 91-ом, когда П.Гэбриель начинал свой масштабный проект «Мировая Музыка», он искал именно таких личностей? Искал и находил всяких африканских барабанщиков, «Терем-квартет» из Питера, джаз-роковый «Ашхабад» и многих-многих других... Твое искреннее сожаление о полнейшей коммерциализации музыкальной мысли напомнили мне чудесный пятигорский ансамбль этнической музыки «Вересковый мед», сохранившим, на мой взгляд, чистый дух музыки. (В 2005 году после концерта в филармонии г. Черкесска, который ваш покорный слуга просто обязан был организовать, Любовь Гочияева - заслуженная артистка РФ- сказала, обращаясь со словами благодарности ко всему коллективу: «Вы привезли нам свет!»). Одним словом…

- …Нужно искать в тех местах, где такие личности-коллективы могут произрасти, но маловероятно, что это может быть в больших городах. Послушай внимательно эту корневую музыку, она же вся одухотворена! Музыкант не должен ничего искать ( в плане раскрутки и промо-акций), он должен заниматься своим делом, а люди небезразличные, которые ценят его звук и мысль, они все найдут и обустроят. Музыка пробьет себе дорогу!

- Твой концерт в 2005 году в одном из пятигорских клубов запомнился фразой: «Непривычно находиться так далеко от зрителя».

- Да, играя акустический концерт, мне хочется видеть лица слушателя.

- Есть такое ощущение, что ты и в целом немного «далек от провинциального зрителя», редко радуешь ценителей умной музыки своими новыми проектами.

- Да, к сожалению, пока это так. Давно пора сделать небольшой тур по КМВ, начиная с родного иняза.

- Три года назад в интервью белорусским СМИ ты утверждал, что «кайф – основной критерий музыки». Поясни, пожалуйста, эту мысль. Существуют ли вообще каноны красоты? Помнишь у Одиссея: «О, женщины, которых сотворил Покойный Амадео Модильяни! Странны каноны вашей красоты!»?

- У многих современных поп-див я не вижу Истории в тех произведениях, которые они исполняют. Наши «звездочки» выступают, собирают залы, но понимаешь…очень занижена планка (художественная). Подход один сейчас доминирует – рентабельна эта мелодия, группа или нерентабельна.

- Но ты ведь можешь разделить свое творчество на коммерческую часть и некоммерческую.

- Такого не бывает, это невозможно!

- Что ты называешь 100%-ной жизнью? У тебя было ценное качество еще в студенческие годы: произведение должно быть исполнено чисто. Всегда были высокие требования к уровню звукоизвлечения. Помнишь у Дали: «Вначале вы должны научиться рисовать так, как нужно. А лишь потом, как вам хочется!»

- Абсолютно верно. Ты не можешь говорить по-английски, если ты не знаешь грамматики. Есть люди, которые формируют культуру. К ним изначально предъявляют высокие требования, в том числе и по креативности. Они этому соответствуют, они формируют уровень культуры… Каждый сам для себя это определяет. Я не могу играть с людьми, которые не понимают, что такое их музыкальный инструмент. Может быть, у них есть «драйв». Некоторые думают, что важно знать тональность и дальше они сыграют все, как надо. Таких, кстати, большинство. И получается, что пентатоника не спасает, это – не креатив. Это-всего лишь алгоритм звукоизвлечения!

- В свете сказанного - каково твое отношение, например, к ВИА «Песняры»?

- Они, конечно, мелодисты сильные плюс тембр голосов, искренность. Они все делали красиво! А когда красиво, человек проживает все вместе с мелодией. И голос повторяет то ощущение, ту эмоцию, которую он прожил раньше! И максимально приближает звуковое изображение чувства движения с одновременным движением чувств… И тогда – это Музыка!
Ты вот, например, занимаешься Словом и сразу видишь, когда искреннее интервью, а когда искусственное, когда человек говорит правду, а когда лукавит. Так и я разбираюсь в каких-то музыкальных произведениях. Слышу, когда человек ВЗЯЛ ощущение, поработал с ним и сделал музыку, и прожил ее. Это же нелегко все! Это – величайший труд! Но труд, который не идет вразрез с твоим внутренним ощущением. Человек понимает, что он не ждет от своего труда ничего. Все, что он ждет – это мобилизации своих чувств, своих знаний, умений и своего времени. Это – труд! Не ждать чего-то от труда, а ждать, чтобы твоя душа заработала, не ленилась.


- Ну, ты, брат-Дамир, прямо-таки религиозный подход сейчас сформулировал.

- Наверное, но посуди сам: когда человек поливает цветы… Я помню свои детские ощущения, когда я рвал сорняки, полол в огороде, я не думал, что мне надо это быстро сделать и куда-то убежать. Я рвал сорняки, чтобы не было ни одной травинки сорной. И для меня это было критерием труда: я сделаю все четко и, если не будет ни одной травинки, то мне будет по-кайфу!


- Об урожае не думал?

- Ну, так это же одно с другим связано. Если я буду думать о том, как мне сделать свою работу лучше, стало быть, и «урожай» будет лучше. А если я буду думать о 20 других вещах, ничего не получится.

- Здесь ты созвучен с М.Жванецким, который говорил о школе и учениках на уроках математики: трудно работать, когда «один хочет решать задачу, а пятеро – селедку». Вновь, я соглашаюсь с тобой, лишь вспоминая какую-нибудь известную личность (как и в случае с английской ментальностью). Что бы ты хотел пожелать сегодняшним студентам ПГЛУ? У них сейчас так много возможностей «идти по жизни маршем»…Уверенно и бодро…

- Я желаю, чтобы российским артистам, которые пытаются выйти на международный уровень, тексты песен писали выпускники Пятигорского лингвистического университета! Пусть будет так!

Интервью с Р.В. Трандафиловым


-Почему в свое время вы решили поступить именно в ПГПИИЯ?

- Честно сказать? Потому что мне в армии не подписали направление в Ленинградский университет на японский язык, и я поступил сюда. А вообще первый раз я сюда поступал еще в 87 году, но не поступил, сдал английский язык на 4, а русский естественно на 2.

А какие воспоминания у Вас связаны с годами учебы?

- Самые лучшие. Мы здесь учились как раз в самый развал Союза, нужно было еще и выживать плюс ко всему, но, тем не менее, жилось очень весело. Вот стоит 3-е общежитие, когда я учился, здесь жили иностранцы: это Латинская Америка, Африка, арабы. Здесь до 12, до часу ночи всегда звучала музыка, всегда была фиеста. Вот действительно, праздник, который всегда с тобой.

-А какие у Вас были планы при выпуске и совпали ли они с Вашей карьерой?

- Планов на будущее у меня не было никаких, единственное, у меня совпало все, что я хотел в своей жизни. То есть я получил образование языковое. Сейчас работаю в авиации. Кроме этого, я люблю Африку и арабский, и моя жизнь и работа именно с этим и связаны.

- Имеет ли сейчас иностранный язык какое-то место в Вашей работе?

- Естественно, я на нем говорю.

- А на Ваш взгляд вуз изменился с тех пор как Вы выпустились?

- Ну, наверно да. У нас, мне кажется, было веселее, но я не знаю, я же здесь происходит сейчас, я же не живу здесь повседневной жизнью. Поэтому он для меня и родной и чужой, потому что теперь другие взгляды на жизнь. Вообще я редко здесь бываю.

- Вы хотели бы, чтобы Ваши дети поступили в ПГЛУ?

- Я был бы не против, но если быть откровенным, им это не нужно. Потому что у меня дочка свободно говорит по-английски, хотя ей 6 лет, она учится в американской школе, сын тоже. Они наверно уже пойдут в другое место, а так, в общем-то, да, неплохо было бы наверно.

- Есть ли у Вас пожелания вузу или какому-нибудь преподавателю?

- В первую очередь Эльвире Дмитриевне за то, что она сделала. Она приезжала в Эмираты, мы с ней обсуждали эту тему. Замечательная встреча на самом деле. Если честно когда я думал, ехать сюда или не ехать, я немного сомневался, не знал, что из этого получится, но сейчас я ни сколько не сомневаюсь и не жалею, что приехал.

Интервью подготовили Саркисова Юлиана и Колядина Наталья.

Интервью с Т.В. Пьяных


- Вы выпускница факультета английского и немецкого языков, скажите, пожалуйста, почему в свое время, вы решили поступить именно на этот факультет?

- Я собиралась поступать на англо-психологический факультет и поскольку я училась до университета два года в ессентукском педагогическом училище, у нас два года не было английского языка, потому что была другая специализация. До этого я училась в первой школе, где мне дали хорошие знания английского языка и все же пришлось заниматься с репетитором. Мой репетитор настоял на том, чтобы я поступала на ФАН, потому что увидел во мне способность к языкам. Я осталась очень довольна этим факультетом, этот факультет воспитал мой характер, жизненный настрой и, конечно, дал хорошие знания. На ФАНе все очень серьезно, там не каждый сможет учиться.

- Говорят, что студенческие годы – это лучшие годы в жизни человека. Являются ли они таковыми для вас? Расскажите о самом ярком воспоминании из вашей студенческой жизни.

- У меня студенческие годы не закончились, я все еще студентка. А если говорить о ПГЛУ, сложно рассказать самое яркое впечатление, так как много всего интересного происходило. Но впечатлило и запомнилось многим – это КВН. На тот момент были экстремальные условия, нам дали задание, за две недели собрать команды с курсов, мы практически даже все и не были знакомы, а нам нужно было сделать одну команду из психологического факультета и немецкого, а вторая команда – испанский и французский факультеты. Таким образом мы познакомились с ребятами и в экстремальных условиях делали конкурсную программу, затем выступали… Вот так мы подружились и до сих пор связь не обрывается и мы с удовольствием общаемся.

- Расскажите пожалуйста поподробнее о сборнике статей и стихотворений, который называется «Университет, открывший мир».

- Этот сборник есть и мы будем туда писать, но пока что все подробности мы держим в тайне. Но в двух словах скажу, что когда люди видят логотип ПГЛУ – открывающий мир, основная мысль, которая возникает у людей, особенно посторонних, что наш университет открывает нам выход зарубеж. Да, это правильно, мы изучаем языки, изучаем культуру других стран, но на самом деле, ПГЛУ открывает внутренний мир человека.

- За достаточно короткое время вы сделали столько, сколько большинство людей не успевают сделать и за всю жизнь. Скажите, как вам это удалось?

- Скучно жить не умею. Сложно сказать, с чего все началось. Когда я училась в школе, меня отдали в художественную школу, потому что родители считали, что у меня есть талант. У меня папа пишет картины и ему хотелось, чтобы я тоже научилась. Я с удовольствием училась – мне повезло с учителем. В то время я еще ходила на танцы. Хотела заниматься спортом, сбегала с художественной школы один раз в неделю и один раз с танцев и ходила на все виды спорта. Когда я поступила в училище, я познакомилась с Таэквон-до. У меня там тоже был хороший учитель, который поддерживал меня. Все зависит от тренера, если он тебе помогает развиваться, то у тебя все получается, и нет желания бросить это занятие. Когда закончила университет, пошла работать в школу, к сожалению, не было места на учителя иностранных языков, поэтому пришлось работать заместителем учителя физкультуры. И оттуда пошло… Все получалось случайно. Когда я работала учителем физкультуры, я поступила в СГУ на факультет физкультуры, открыла секцию Таэквон-до.

Когда я закончила ПГЛУ я уже была замужем и у меня был ребенок. У меня не было никаких проблем, я все благополучно успевала.

Я - человек, который умеет драться, писать стихи, рисовать картины и преподавать физкультуру. Это абсолютно нормально, и каждый может этому научиться. У нас в городе я заняла первое место на конкурсе «Учитель года» благодаря программе по физкультуре, которую я разработала.

- Вы задействованы в различных сферах деятельности, скажите, чем именно вы занимаетесь сейчас?

На дынный момент я занимаюсь несколькими вещами одновременно. Ближайшее мероприятие, которое мы организовываем, это конкурс красоты для девушек, которые занимаются единоборствами.

Так же будет проводиться в нашем городе первенство – чемпионат южного, федерального округа по тэкводно.

И первого июня в день ребенка будет проводиться фестиваль цветных поясов для детей 5-9 лет.

Также сейчас проводится выставка в Кисловодске, Минводах и будет проводиться в Ставрополе выставка творческого союза «Город мастеров». Там выставляются мои картины. К октябрю готовится выпуск моей книги.

- Что Вас привлекает в преподавательской деятельности?

- Желание общаться, передавать жизненный опыт. Когда тебе везет с учителем, ты хочешь поделиться этим с другими. Когда тебе объясняют, поддерживают, любят – ты тоже хочешь любить в ответ.

- Почему вы решили заниматься боевыми искусствами?

- Как все девчонки – потому что обижали мальчишки.

- Вы так много работаете, скажите, что для вас является лучшим отдыхом?

- Работа. Отдых – это поездка с учениками в горы, на море, на соревнования. Единственный лежачий отдых – это поезд. На самом деле, смена обстановки – это и есть отдых. По своей натуре, я совершенно не могу сидеть на одном месте. И если мне дадут работу сидячего характера – я сразу ее брошу, потому что если не надо шевелиться, что-то придумывать новое, что-то реализовывать, зная, что это не принесет никому пользу – мне такая работа не нужна. Работа с результатами и перспективами не только для меня, я для себя уже и так много сделала, но и для многих – эта работа мне подходит.

- Какая ваша заветная мечта?
- Так же как мне сложно отделить работу от отдыха, так же мне сложно и отделить мечту от реальности. Моя мечта – это привлечение людей к саморазвитию. Открывать их собственный мир, через спорт, рисование, написание стихов и общение.

- Каков Ваш секрет успеха?

- Я работаю не против кого-то, а во имя – я думаю это и есть секрет. Когда ты работаешь ради своих учеников, а все, что я делаю, я делаю для них и для своей семьи, когда это радует окружающих, близких мне людей, а их очень много, то это и есть смысл и секрет. Если бы люди не радовались моим успехам, я думаю, я не захотела бы еще раз чего-то добиться.

Подготовила Ульяна Саркисова

Интервью с А.Б. Михалевым


- Андрей Борисович, почему Вы поступили учиться именно в ПГПИИЯ?

- После окончания музыкальной школы по классу скрипки передо мной и моими родителями встала дилемма: продолжать ли мое музыкальное образование (училище, консерватория) или сосредоточиться на иностранных языках (мне это тоже давалось легко и нравилось). Ближайшая консерватория - в Астрахани, откуда мы родом. А ПГПИИЯ - под боком. Вот и получилось, чтобы далеко от себя не отпускать, родители посчитали, что языки – удобнее и лучше для перспективы.

- Какое самое яркое воспоминание из Вашей студенческой жизни?

- Самые яркие воспоминания - это зимний Дамхурц, когда мы прорывали ходы к домикам, занесенным снегом под крышу, и репетиционно-концертная жизнь.

- Говорят, что студенческая дружба самая крепкая. Есть ли в Вашей жизни люди, с которыми Вы со студенческой скамьи вместе идете по жизни?

- Из нашей группы трое работают после окончания ПГПИИЯ в нынешнем ПГЛУ: Александр Владимирович Алферов, Татьяна Филипповна Петренко и я. А еще Коля Казанчан, с которым мы пели и все студенческие годы и после. Но он уже почти десять лет, как живет в Париже, и приезжает в Пятигорск раз в год. Ну и, конечно, Слава Былинкин, участник нашего трио «Наследие». Между нами всеми очень теплые и дружеские отношения.

- В октябре Вы отпраздновали свой 50-й юбилей. Праздничный концерт прошел в теплой и дружеской обстановке. Мы всегда знали Вас как профессора Андрея Борисовича Михалева, доктора филологических наук, видного ученого. На концерте Вы поразили многих, открывшись с другой стороны. Редко какой номер проходил без Вашего непосредственного участия: Вы исполняли песни собственного сочинения, и мы узнали Вас как талантливого музыканта. Какое место занимает творчество в Вашей жизни? Расскажите о группе «Наследие». Изменилось ли Ваше творчество со временем?

- Творчество занимает главное место в моей жизни. Просто оно прикладывается к различным областям деятельности: преподаванию, науке, музыке. Трио «Наследие» начиналось с дуэта Михалев-Казанчан с первых дней нашего студенчества. Затем, где-то через год, дуэт перерос в квартет: к нам присоединились виолончелистка Оля Дусенко и гитарист Сережа Карелин (он играл со мной на юбилейном концерте). А потом, когда эти двое покинули нас по своим причинам, мы пригласили Славу Былинкина, с появлением которого и сложилось собственно трио «Наследие». Мы репетировали и концертировали с разной степенью интенсивности, начиная с 1975 года по 1995. Это все-таки 20 лет. Ну а потом взяли тайм-аут лет на десять. Но я чувствую, что любовь к музыке и к сотворчеству нас скоро опять соберет. Что касается меня, то я почти осуществил свою давнюю мечту: записать диск собственных песен, созданных в разное время. Остались технические детали. Вот выпущу тираж, тогда посмотрю, куда дальше поведет.

- Как Вам удается совмещать научную, преподавательскую и творческую деятельность?

- Как я уже сказал, творчество для меня - среда обитания: оно так или иначе воплощается на разных территориях. Как удается совмещать? Даже если не удается, то все равно приходится. Просто это уже привычка динамично жить. Она от меня передается теперь и моим детям.

Интервью подготовили Аревик Геворгян и Елена Зененкова